лишать детей права на получение сексуальных впечатлений — это преступление.

Одни из самых сильных удовольствий для человека независимо от его возраста — испытывание влюбленности, нежности, желания ласкаться, сексуального возбуждения, открытости к любимому человеку. 
У детей возникают желания любить друг друга, ласкать, тискаться даже вопреки тому, что им с рождения внушают, что это ужасно стыдно, вбивают отвращение к своим и чужим писькам, заставляют скрывать любое проявление интереса к другим детям, кроме ханжески одобренных игр обязательно с однополыми друзьями в дочки-матери или войну. Играть в войну — в массовые убийства! — это можно, за это хвалят, а в любовь — нельзя, это омерзительно. Как можно не видеть того, что это не просто нелепо — это ведь настоящее уродование людей, взрослые прямым текстом говорят детям, что ненавидеть — это хорошо, а любить — отвратительно!


Почему люди, живущие не в каменном веке, не при рабовладельческом строе, продолжают считать, что возникающие у каждого (за редкими исключениями, объясняющимися более качественным насилием в семье) ребенка желания ласкаться, влюбляться, драчить — ненормальны? На родительских форумах ежедневно пополняются темы «Что мне делать, если он(а) трогает себя ТАМ??!» — как историями о том, что еще один ребенок делает ЭТО, так и «добрыми советами» вплоть до «лучше каждый день лупить, зато человеком вырастет». 
Если каждый ребенок делает ЭТО — может быть ЭТО делать нормально?

Я постоянно влюблялась лет с трех (раньше я себя не помню) — в мальчиков, в девочек почему-то не влюблялась до селекции. При этом ничего сексуального мы не делали — только один раз поцеловалась с мальчиком в 4 года, и очень хотелось показывать свое тельце мальчикам (только один раз «случайно» показала письку двоюродному брату), и просто всем (я в темноте выходила на балкон, снимала трусики и представляла, что это кто-то увидит). 
А в 12 лет, когда я прочитала, что можно дрочить оказывается - я дрочила постоянно, меня не останавливало даже то, что рядом мог лежать кто-то из родителей — я лежала под одеялом, но очевидно было, что я дрочу, они мне намекали постоянно, что они все понимают, но я это тут же вытесняла и думала, что меня никто не застукал. Ведь если бы я поняла это — мне пришлось бы прекратить, а я не могла.
Кстати, сама я бы наверно не додумалась до дрочки. У меня с раннего детства писька была связана с сильным стыдом и унижением (спасибо маме, папе и остальному взрослому окружению), и несмотря на то, что я пару раз смотрела на нее в зеркало, мне не приходило в голову ее потрогать.
Сейчас я могу тискаться и ласкаться, когда захочу. Для этого пришлось сначала устранить хотя бы часть въевшихся негативных уверенностей о трахе, устранять неловкости, озабоченности и т.п. — и сейчас я продолжаю это делать. 
Разница между жизнью без потисков и возможностью тискаться просто огромная. От того, что я знаю, что как только мне захочется потискаться, я смогу это сделать, что я могу тискать разных людей (в основном — девочек) жизнь становится наполненной и радостной. Потому что в любой момент я могу легко получить сильное удовольствие, испытать наслаждение, которых бы просто не было без потисков.

И я только начинаю понимать, чего меня лишили в детстве. Насколько более живой я была бы, если бы меня не кастрировали, приучив ненавидеть секс.

Поделись в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники