Об авторе.
Семёнов Юрий Иванович (1929) — российский историк и философ, специалист по теории познания, философии истории, этнологии, истории первобытного и раннеклассового общества; кандидат философских наук, доктор исторических наук.

Разные авторы придерживаются по этому вопросу далеко не одинаковой точки зрения. Одни из них, в частности М.М. Громыко, довольно категорически настаивают на том, что молодые люди, особенно девушки, как правило, строго соблюдали принятые в крестьянском мире России нормы, требовавшие воздержания от половых отношений до брака. Другие, например, Т.А. Бернштам, придерживаются иного взгляда.

Обращаясь к этой проблеме, прежде всего хотелось бы указать на необходимость строго различать существующие в том или ином обществе нормы поведения и реальное поведение людей. Между ними всегда существует определенное расхождение. Существование в русской деревне добрачных связей – факт, который вряд ли кем-либо может быть поставлен под сомнение. Уже то обстоятельство, что посрамление в ходе свадьбы молодой, не сохранившей девственность, а заодно так же и ее матери, допустившей утрату дочерью целомудрия, носило во многих случаях обрядовый характер, свидетельствует о нередкости этого явления в жизни русской деревни.

Но нас должна интересовать прежде всего позиция общества, которая находила свое выражение в общественном мнении. Говоря об общественном мнении, мы в свою очередь должны учитывать возможность его раздвоения на формальное, провозглашавшее строжайшую необходимость соблюдения тех или иных норм, и реальное, которое всерьез этого не требовало и весьма либерально относилось к нарушителям. К сожалению, многие исследователи такую возможность просто не учитывают. Поэтому, когда они сообщают о тех или иных нормах поведения, трудно установить, были ли эти нормы формальными или реальными.

Русские крестьянские общины существовали в рамках классового общества. Поэтому русская крестьянская семья в принципе должна была бы быть патриархической. А это с необходимостью предполагало исключение из жизни общества добрачных и вообще любых небрачных отношений. Но этот запрет формировался в борьбе со старым положением вещей, когда свобода отношений полов до брака была нормой. Борьба эта шла с переменным успехом и результаты ее в разных общинах были далеко не одинаковы.

В одних обществах этот запрет был вполне реальным, в других – во многом формальным, в третьих – он так и не смог утвердиться. Отсюда крайняя противоречивость данных. Кроме того нужно учитывать, что даже в тех общинах, в которых утвердился реальный запрет добрачных отношений, он мог в определенные периоды времени и определенных условиях ослабляться или даже совсем сниматься. Такое явление имело место во время «хороводов» («улиц») и «вечерок» (вечеринок, беседок, посиделок и т. п.). Все это еще больше усложняет картину.

Вряд ли, по моему мнению, можно сомневаться в том, что в определенной части русских крестьянских общин запрет добрачных отношений так и не утвердился. По существу в них продолжала существовать свобода общения полов до брака. Свидетельств об этом существует столь много, что не заметить их может только тот, кто вообще не хочет их замечать.

В Мезенском уезде Архангельской губернии невинность девушки совершенно не ценилась. Более того, девица, родившая ребенка, имела больше шансов выйти замуж, чем сохранившая целомудрие. Не требовалась «чистота нравов» от девушек и в других местах этой же губернии. Это нашло отражение в пословице «девушка не травка, вырастет не без славки».

В фундаментальном труде, посвященном этнографии Вологодской губернии, утверждается, что «в большей части деревень девичьему целомудрию не придается строгого значения. Есть местности, где девка, имевшая ребенка, скорее выйдет замуж, чем целомудренная, так как она, знают, не будет неплодна». Как сообщали местные информаторы, «редкая из наших девок не гуляет до замужества». Что же касается парней, то они начинают «баловаться» едва минет 15 лет и к моменту вступления в брак каждый из них «знает не одну девку».

Полная свобода связей между парнями и девушками существовала в ряде деревень Арзамасского уезда Нижегородской губернии. Общество в эти отношения никак не вмешивалось. В Суражском уезде Черниговской губернии, в котором наряду с белорусами жили и русские, добрачные связи имели широкое распространение. Потеря целомудрия не ставилась девушке в вину и не препятствовала замужеству.

По сообщению врача Тюшевского участка Рязанского уезда одноименной губернии в деревнях не было девушек старше 17–18 лет, которые сохранили бы невинность. И никто их за это не осуждал. Даже, наоборот, существовало презрительное отношение к недотрогам. Совершенно свободными были отношения молодежи и не только молодежи в далеком таежном селении Яркино (Енисейская губерния). Утрата целомудрия не считалась здесь грехом. Девочки переставали быть девственницами уже после двенадцати лет.

Источник: http://vk.com/topic-38054807_28230659

ПОНРАВИЛОСЬ? РАСПРОСТРАНИ!

Поделись в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники